Решение ЕСПЧ по делу «Даниленков и другие против России»

Решение ЕСПЧ по делу «Даниленков и другие против России»

30 июля 2009 г. ЕВропейский Суд по правам человека вынес решение по жалобе 32 членов Российского профсоюза докеров — Даниленков и другие против России (Danilenkov and Others v. Russia  № 67336/01). В котором рассматривался вопрос о наличии на национальном уровне эффективных средств правовой защиты от дискриминации по признаку принадлежности к профсоюзу.

Отделение Российского профсоюза докеров (РПД) было учреждено в 1995 г. в Калининградском морском порту в качестве альтернативы традиционному профсоюзу работников морского транспорта и официально зарегистрировано Калининградским управлением юстиции 3 октября 1995 г. Работодателем заявителей выступала частная компания ЗАО «Морской торговый порт Калининград», которая в период, относящийся к обстоятельствам дела, находилась под эффективным контролем государства.
В мае 1996 г. РПД принимал участие в коллективных переговорах. Был заключен новый коллективный договор, который предусматривал более продолжительный ежегодный отпуск и улучшение условий оплаты труда. В результате в течение двух лет число членов РПД возросло с 11 до 275 человек.

14 октября 1997 г. РПД начал двухнедельную забастовку по вопросам оплаты труда, улучшения условий труда и страхования жизни и здоровья. Забастовка не достигла своих целей и была прекращена 28 октября 1997 г. После этого администрация Калининградского морского порта стала преследовать членов РПД, чтобы наказать их за забастовку и вынудить отказаться от членства в профсоюзе.

Заявители утверждали, что их членство в РПД имело неблагоприятные последствия для их работы и заработка, и работодатель использовал различные меры давления, чтобы отделить их от коллег, которые не принадлежали к профсоюзу. Они ссылались на перевод членов РПД в специальные бригады, что было признано высшими руководителями компании-порта в устных и письменных объяснениях, данных Балтийскому районному суду. Заявители подчеркнули, что в том же решении нашло подтверждение также уменьшение их заработной платы, которая постоянно была значительно ниже, чем в других бригадах. Они также указывали на предположительно необъективную аттестацию знаний по технике безопасности и предвзятые решения об увольнении по сокращению штатов.

Заявители указывали, что все национальные суды, в которые они обращались, указывая на регулярное повторение актов дискриминации в их отношении в течение продолжительного периода, по одинаковым мотивам отказывались рассматривать по существу их жалобы на нарушение права на свободу объединения и дискриминацию, ссылаясь на то, что они могли быть разрешены лишь в рамках уголовного дела.

Заявители указывали, что гражданское разбирательство существенно отличалось от уголовного преследования, поскольку последнее защищало публичные интересы общества в целом, в то время как первое было призвано обеспечивать возмещение в связи с нарушениями частных интересов граждан. Поскольку в настоящем деле очевидно затрагивались частные интересы заявителей, отказ национальных судов рассматривать их жалобу на дискриминацию в гражданском разбирательстве лишил их права на эффективное средство правовой защиты. В любом случае прокуратура также отказала в возбуждении уголовного дела в связи с предполагаемым нарушением принципа равенства и не предприняла каких-либо мер для рассмотрения вопроса о том, соответствовали ли их жалобы действительности.

Заявители подчеркивали, что антидискриминационные положения, содержавшиеся в российском законодательстве, были неэффективны в отсутствие функционирующего механизма их реализации и применения.

В своей жалобе в ЕСПЧ заявители жаловались на основании ст. 11 (свобода собраний и объединений) и 14 (запрещение дискриминации) Конвенции на нарушение их права на свободу объединения, поскольку власти страны терпимо относились к дискриминационной политике их работодателя и отказывались рассматривать их жалобу о дискриминации вследствие отсутствия эффективного правового механизма в национальном законодательстве. 19 октября 2004 г. жалоба была признана приемлемой.
В своем решении от 30 июля 2009 г. ЕСПЧ единогласно постановил, что имело место нарушение ст. 14 Конвенции, взятой совместно со ст. 11 Конвенции, а также обязал российские власти выплатить каждому заявителю 2500 евро в качестве компенсации морального вреда.

В своем решении Суд в частности указал, что он принимает во внимание всю совокупность мер, принятых соответствующим государством в целях обеспечения свободы профсоюзов, с учетом свободы усмотрения, которой оно располагает в данной сфере. Служащие или рабочие должны иметь возможность вступать или не вступать
в профсоюз, не подвергаясь санкциям и не встречая препятствий. Формулировка ст. 11 Конвенции прямо ссылается на право «каждого», и это положение очевидно включает право не подвергаться дискриминации в связи с намерением воспользоваться правом на защиту со стороны профсоюза, также принимая во внимание, что ст. 14 Конвенции выступает неотъемлемой частью каждой статьи, устанавливающей права и свободы независимо от их характера.

Таким образом, совокупность мер, принимаемых для обеспечения гарантий ст. 11 Конвенции, должна включать защиту от дискриминации по признаку членства в профсоюзе, которая, по мнению Комитета по свободе объединения, представляет собой одно из наиболее серьезных нарушений свободы объединения, способное подорвать само существование профсоюзов.

Европейский Суд считает крайне важным, чтобы граждане, затронутые дискриминационным обращением, имели возможность обжаловать его и располагали правом предъявления иска для получения компенсации убытков и иного возмещения. Таким образом, государства обязаны в соответствии со ст. 11 и 14 Конвенции учредить судебную систему, которая бы обеспечивала реальную и эффективную защиту от антипрофсоюзной дискриминации.

Суд согласился с тем, что явные негативные последствия, которые членство в РПД имело для заявителей, были достаточны, чтобы убедительно свидетельствовать о дискриминации при осуществлении прав, гарантированных ст. 11 Конвенции. Суд также отметил, что положения российского законодательства, содержащие полный запрет любой дискриминации по признаку принадлежности или непринадлежности к профсоюзу, не были реализованы в настоящем деле.

С учетом объективных последствий поведения работодателя ЕСПЧ полагает, что отсутствие эффективной защиты от дискриминации могло породить страх потенциальной дискриминации и заставить других лиц отказаться от вступления в профсоюз, что могло привести к прекращению его деятельности, тем самым отрицательно влияя на осуществление свободы объединения.